Выбери любимый жанр

Вирус убийства - Мейтланд Барри - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Барри Мейтланд

ВИРУС УБИЙСТВА

Посвящается Клэр и Алекс.

Приношу свои благодарности Маргарет и всем тем людям, которые помогли Броку и Кэти «засветиться» в печати. Отдельные благодарности Кейт Джоунс и Джилл Хиксон.

Часть первая

1

Кэти чувствовала напряжение, исходившее от сидевшего рядом Гордона Даулинга, и это ее раздражало. В конце концов, они всего лишь едут в Лондон. Гордон наморщил лоб, как только пейзаж за окном изменился и сельские виды «зеленого пояса» стали уступать место сценам хаоса на улицах пригородов. Морщина у него на лбу становилась все заметнее по мере того, как они углублялись в южный Лондон. Не говоря уже о том, что у него начал нервно подергиваться нос.

— Часто выбираетесь в Лондон? — спросила Кэти, чтобы поддержать разговор, и он лаконично, почти не разжимая губ, ответил:

— Был разок.

Невероятно, поразилась женщина. Выходит, он всю свою жизнь провел в южных графствах, а в Лондоне был только «разок»?

Впрочем, еще больше ее раздражало то обстоятельство, что она сама тоже вдруг стала нервничать. Возможно, по той причине, что ошиблась в выборе пути, направившись из сельской местности в сторону Вестерхэма по шоссе «В». Она остановила свой выбор на этой дороге, поскольку Радио-I предупредило, что на шоссе М-20, А-21 и М-25 отмечаются заторы. Вчера ночью пошел снег — как раз тогда, когда все начали проникаться мыслью, что весна не за горами. Поначалу, когда неопрятная бурая земля скрылась под девственно-белым снежным покровом, а деревенские виды стали напоминать рождественские открытки, все было очень мило. Но потом снегопад усилился, а небо потемнело. К тому времени, когда они достигли пригородных районов Лондона, окрестности затянуло мраком и автомобили включили фары. Утреннее субботнее движение было в значительной степени парализовано из-за снега, слякоти и поминутно случавшихся тут и там аварий. Когда их машина, достигнув южного сектора городской окружной дороги, застряла в пробке, у них стало складываться впечатление, что день не задался. И неудивительно: хотя они находились в пути по крайней мере полтора часа, им удалось преодолеть за это время не более сорока миль.

Пытаясь выбраться из затора, Кэти свернула с главной дороги и покатила в северном направлении, что представлялось ей вполне логичным. Чуть позже выяснилось что это была серьезная ошибка: сама того не желая, она заехала в лабиринт узких улочек, переулков и тупичков, движение в котором было еще более затруднено перегораживавшими во многих местах проезжую часть металлическими барьерами под названием «ограничители движения». Остановившись в пятый раз перед подобным препятствием, женщина в знак капитуляции в отчаянии хлопнула ладонями по эбонитовой баранке руля.

— Надо было свернуть на A — Z, — вздохнула она, в следующее мгновение заметив, что Даулинг смотрит поверх ее плеча на что-то позади. Проследив за его взглядом, она увидела с полдюжины мужчин в темных парках и поднятых из-за снега капюшонах, приближавшихся к их машине. «Надеюсь, мы все-таки похожи на копов…» — услышала она через секунду опасливое бормотание своего спутника.

Кэти опустила стекло и обратилась к людям в парках:

— Скажите, как проехать к станции Херн-Хилл? Или Норт-Далвич?

Один из парней подошел поближе, раздвинул закрывавший горловину капюшона мех и явил миру несколько дюймов своей черной физиономии.

— Вы пропустили нужный поворот. Сдайте назад и сверните на Крокстед-роуд. — И он ткнул пальцем в ту сторону, откуда они приехали.

— Благодарю.

Кэти переключила передачу, осторожно, чтобы не задеть расступившихся перед ней людей, развернулась и поехала назад.

Где-то в северной части Далвича они наткнулись на небольшой парк, притормозили, объехали его по широкой дуге и… снова сбились с пути. Хотя утро уже было в разгаре, серенький свет, проникавший в переулки сквозь разрывы в снеговых тучах, оставался столь же тусклым, что и на восходе. Снег продолжал сыпать, постепенно занося проезжую часть и образуя сугробы на пустынных тротуарах. Фары выхватили из мрака табличку с надписью «Уайлдвуд Каммон», но такого места в секторе A — Z и вовсе не должно было быть. Кэти уже начала сожалеть, что вообще на все это решилась. То, что на прошлой неделе казалось ей вдохновляющим, теперь представлялось бессмысленным. Хуже того, опасным. Затруднительное положение, в котором они сейчас оказались, напомнило ей, чем они оба рискуют в случае, если начальство узнает о затеянном ими предприятии. Да заместитель главного констебля просто с ума сойдет! Таннер, разумеется, тоже оценит это по достоинству. При мысли об этом сердце у нее сжалось.

— Похоже, Мэтчем-Хай-стрит находится вон там, — сказал, пробуждаясь к жизни, Даулинг и снова нервно дернул носом. Кэти глянула сквозь запотевшее стекло и через некоторое время увидела стрелку с соответствующей надписью, указывавшую на промежуток между домами.

Кэти кивнула:

— Что ж, сделаем еще одну попытку — последнюю. По крайней мере, прежде чем отправляться восвояси, найдем какое-нибудь кафе и погреемся.

Тишина пригорода сменилась шумом и суетой оживленной магистрали, забитой стадами медленно ползущих автомобилей и толпами пешеходов, шагавших по своим делам, прикрываясь от снега. Кэти пропустила поворот на Уоррен-лейн, по причине чего была вынуждена развернуться у железнодорожного моста и двинуться в обратном направлении. Потом, когда они доехали до места, Кэти поняла, почему пропустила поворот. Она и во второй раз едва его не пропустила, поскольку въезд в аллею Уоррен-лейн представлял собой неприметную арку, затерянную среди домов торгового квартала. Они наконец свернули в нее и в скором времени оказались в пустынном дворе, в котором доминировало мрачное, напоминавшее пакгауз кирпичное здание.

Кэти остановила машину посреди двора и выбралась из салона, вздрогнув всем телом от мгновенно объявшего ее холода. Шум прилегавших оживленных улиц приглушался падавшим снегом и массивными стенами старых кирпичных домов, которые, как и пакгауз, казались покинутыми и заброшенными. Висевшую над дверью пакгауза выцветшую вывеску увенчивала многозначительная, но малопонятная для непосвященного надпись «Смит’с». В дальнем конце двора из засыпанной снегом земли торчал черный остов засохшего конского каштана.

— Слабо верится, что это то самое место, — сказала Кэти. — Какие-то путаные Брок дал объяснения…

Тяжело вздохнув, она направилась к каштану, чувствуя под ногами волнистую поверхность крытой брусчаткой мостовой. За мертвым деревом открывался вид на узкую аллею, которая ответвлялась от дальнего конца двора и уводила в глубь жилого массива. С одной стороны аллея была отгорожена от городских кварталов колючей живой изгородью, с другой — цепочкой выстроенных из кирпича двух- и трехэтажных коттеджей, располагавшихся на некотором удалении друг от друга. Кэти зашагала к ближайшему домику, то и дело спотыкаясь и зарываясь носками сапог в снежные завалы, наметенные ветром. Поглядывая по сторонам в поисках нужного номера, она зацепилась ногой за некий скрытый под снегом предмет, беззвучно выругалась, отбросила его в сторону и обнаружила, что это старый металлический скребок, предназначенный для того, чтобы счищать грязь с обуви. Подняв глаза, она увидела прямо перед собой висевшую на стене, припорошенную снегом латунную табличку, на которой было выгравировано одно-единственное слово — «Брок».

Все это время Даулинг с мрачным видом слушал итальянскую популярную музыку, которую без конца выдавал в эфир садист-диджей с «Кэпитал-радио», словно желая тем самым напомнить застрявшим в пробках водителям о радостях жаркого средиземноморского лета, каковых они в данный момент были лишены. Когда Кэти вернулась к машине и просунула голову в салоп, Даулинг чуть не подпрыгнул от неожиданности.

1